«Детства не знают. Самые мудрые из нас гоняются за тем, что важно знать взрослым, не принимая в расчет того, чему дети в состоянии научиться. Прежде всего хорошо изучите ваших воспитанников, ибо вы несомненно вовсе не знаете их. Люди, будьте человечны! Это ваш первый долг. Будьте человечны ко всем состояниям, ко всякому возрасту, во всем, что только не чуждо человеку. Разве есть какая-нибудь мудрость для вас вне человечности? Любите детство, будьте внимательны к его играм и забавам, к его милому инстинкту!.. Для чего хотите вы наполнить горестью и страданием первые годы, которые мчатся так быстро и не возвратятся уже для них, как не могут возвратиться и для вас?» 1).
Так писал Руссо более 160 лет назад.
Если сопоставим их слова со словами Руссо, то остается впечатление, что в деле педагогики мы сейчас стоим на том же месте, что и сто шестьдесят лет тому назад. Но это не так. За это время в области познания детской природы мы прошли большую дорогу. Руссо и его современники действительно «детства не знали», мы кое-что уже знаем и пытаемся наше отношение к детям, их воспитание строить на этом знании.
Развитие биологии в XIX веке дало нам очень много, и венцом ее является учение о рефлексах. И без рефлексологии, пожалуй, сейчас уже невозможно строить никакой системы воспитания.
Не все, что действует на наши глаза и уши, всегда замечается нами, а в замечаемом мы многого не улавливаем в смысле тонкости оттенков, отличия в силе раздражения, отношения частей и т. д. Для восприятия раздражений в органах чувств существуют чрезвычайно сложные приспособления: во внутреннем ухе от 20 до 30 тысяч дуг, в сетчатке глаза от 3-х до 4-х миллионов светочувствительных нервных окончаний, в коже десятки миллионов осязательных телец. Возбужденные органы чувств передают раздражение по нерву в соответствующий участок коры головного мозга, где существует большое число нервных клеток, воспринимающих возбуждение и сохраняющих его в виде следов. Комбинаций в мозгу возбуждений разных клеточек и разных групп клеточек и в разной степени прямо бесконечное число.
В начале у ребенка каждое раздражение в органе чувств воспринимается довольно грубо большой группой чувствующих окончаний, передается по большому числу нервных волокон и воспринимается в центре большой группой клеток мозговой коры. По мере упражнения происходит дифференциревка—определенные раздражения возбуждают определенные нервные окончания, нервные волокна и нервные клетки. Мы постепенно научаемся отличать в свете — цвета и их оттенки, в звуке — тембр, тон, гармонию и т. д.
В центре возбуждения, полученные отдельными клетками, по соединительным волокнам передаются ряду других клеток, вначале в довольно большом числе, так что возбуждение охватывает довольно большие участки коры головного мозга. Каждое возбуждение оставляет в клетке след. По мере накопления этих следов и дифференцировки воспринимающего аппарата, в мозгу образуются пути, по которым наиболее легко передаются возбуждения, и тогда по другим путям эти возбуждения не передаются, и число клеток, приходящих в возбужденное состояние, ограничивается; кроме того, образуются центры, управляющие этой передачей. Возбуждение этих центров не только оказывает влияние на пути передачи, но может и совсем погасить возбуждение, не передав его дальше, и, наоборот, может широко его разлить, направив по самым разным путям.
На образование этих центров влияет третий момент рефлекса передача возбуждения по отводящим нервным путям и работа мышц и желез. В начале, как и в первых двух случаях, приводятся в возбуждение многие волокна, мышцы и железы. Производимые движения и работа являются источником нового раздражения и возбуждения. Этот новый источник может оказаться сильнее первичного раздражителя и направит весь ход рефлекса по другому пути. Ребенок видит огонь и тянется к нему рукой, обжигается и отдергивает руку. След от этого «а следующий раз может оказаться сильнее нового зрительного впечатления от огня, и ребенок уже не потянется к огню. Движения делаются ограниченнее и определеннее.
Образовавшиеся в мозгу центры работают не всегда одинаково; рядом предшествующих возбуждений они могут быть (приведены или в легко возбудимое состояние или, наоборот, в состояние подавленное, так что раздражения, получаемые нашими органами чувств, возбуждают эти органы, возбуждают приводящие пути, но, придя в центр, угасают, ибо либо этот центр находится в вялом состоянии, либо более возбуждены другие центры, которые своей работой не дают возможности в то же самое время работать другим.
Мучительность старой школьной учебы заключалась в значительной степени в том, что не давалось материала для первого и третьего момента рефлекса, и сильно перегружался второй момент. Между тем и для взрослого важен целостный рефлекс и с начальным и с конечным его моментами, а для ребенка это имеет исключительное значение. Ребенок особенно любит смотреть, слушать, щупать^ нюхать, лизать, т. е. усиленно-работать всеми своими органами чувств—он представляет собою более легко возбудимый нервный аппарат; почти то же число нервных чувствительных окончаний, что и у взрослого, у него-расположено на меньшей поверхности; очень многие впечатления имеют для него всю силу новизны, ибо воспринимаются им впервые; нервная система еще не утомлена однообразием одних и тех же впечатлений в результате самый процесс восприятия всеми органами чувств доставляет ребенку удовольствие. Школа, дающая пищу этому моменту рефлекса, более радостная школа.
С другой стороны, ребенок необычайно подвижен, непрерывное движение—его стихия, и это имеет свои физиологические причины. Во-первых, все процессы у ребенка совершаются быстрее, как кровообращение, дыхание, пищеварение; быстрее работают и мышцы; во-вторых, детский организм — растущий организм и" постоянно приливающая энергия требует своего расходования; в-третьих, мускульные сокращения сами являются для ребенка источником новых впечатлений и новых рефлексов— ребенок познает мир мускулами. Поэтому для здорового ребенка неподвижность—сильное наказание, а возможность подвигаться является источником удовольствия. Поэтому школа, дающая возможность ребенку движением заканчивать возникающие у него рефлексы, также более радостная школа.
Задача новой педагогики так построить школьную работу,, чтобы достаточно упражнялись органы ребенка на всех трех моментах рефлекса. Это и достигается различными методами работы; на этой работе аппараты воспринимающий, перерабатывающий и изображающий должны делаться все более точно, более быстро, более тонко работающими.
Но среди рефлексов у человека есть как индивидуально, так и социально вредные, есть и полезные. И задача воспитания подавлять первые и усиливать вторые. Это достигается организацией детской среды. И самый процесс организации и сама организованная среда должны являться источником новой радости для детей.
